Ещё в начале двухтысячных поездка на орбиту казалась сюжетом фантастики, доступным разве что миллиардерам со связями в государственных агентствах. Прошло два десятилетия — и космический туризм превратился в работающую отрасль со своими ценниками, правилами и очередью из желающих. Ракеты летают по расписанию, корабли строят частные компании, а место в капсуле бронируют почти как люкс на лайнере — только за сумму с шестью-семью нулями.
Почему это случилось именно сейчас
Пока запуски оставались монополией государств, выведение килограмма груза на орбиту стоило десятки тысяч долларов. Перелом произвела многоразовая ракета — носитель, первая ступень которого после старта возвращается на землю и летит снова. Расходы упали в разы, темп запусков вырос с десятков до сотен в год, и на этой волне появились частные космические полеты: сначала грузовые, потом пилотируемые, а затем и чисто туристические миссии, где экипаж не решает никаких рабочих задач — только платит за впечатления.
Отраслевые эксперты сравнивают нынешний этап с зарождением авиации начала XX века: сначала показательные рейсы для смелых, затем регулярные маршруты и постепенное удешевление билета. Логика та же, только вместо авиазаводов — стартовые комплексы, а вместо поршневых моторов — водородные и метановые двигатели.
Суборбитальная дуга или полноценная орбита
Вариантов у туриста два, и разница между ними огромная — и по ощущениям, и по деньгам.
Суборбитальный прыжок: пятнадцать минут за границей
Суборбитальный полет — это взлёт за линию Кармана, условную границу космоса на высоте 100 километров, без выхода на орбиту: ракетоплан идёт по вертикальной дуге, в апогее (высшей точке траектории) двигатели гаснут, и экипаж несколько минут парит в невесомости — состоянии, когда тело перестаёт давить на опору. В иллюминаторах изгиб Земли и чернильное небо, потом снижение и посадка. Весь аттракцион укладывается в четверть часа, зато не требует месяцев тренировок и стоит «всего» несколько сотен тысяч долларов.
Орбитальные миссии: дни в свободном падении
Орбитальный туризм — другая лига. Здесь корабль разгоняется до первой космической скорости (той, при которой аппарат уже не падает обратно на планету) и кружит вокруг Земли от нескольких суток до недель. Частные гости станции описывают такие полеты в космос для туристов как полное погружение: сон в мешке, пристёгнутом к стене, шестнадцать рассветов в сутки, еда из пакетов и неожиданный вид на пролив из иллюминатора ровно тогда, когда его никто не ждал. Билет обходится в десятки миллионов, а готовиться приходится по программе, близкой к профессиональной.
Что придётся пройти перед стартом
Требования к здоровью у туристов заметно мягче, чем у профессиональных экипажей: отбор идёт скорее по мотивации, чем по спортивным нормативам. Но без подготовки в кабину никого не пустят. Типовая программа выглядит так:
- Медицинское обследование: сердце, вестибулярный аппарат, переносимость перепадов давления.
- Тренировки на центрифуге — вращающейся установке, имитирующей перегрузки и учащей правильно дышать под нагрузкой.
- Отработка аварийных сценариев: покидание кабины, действия при разгерметизации, парашютная система.
- Знакомство с кораблём: где кнопки, как пристёгиваться, что трогать нельзя.
- Режим перед стартом: карантин, диета, сон по расписанию.
Перегрузка — это во сколько раз собственный вес давит на тело: при старте ракеты грудная клетка чувствует себя так, будто на ней сидят трое-четверо взрослых. Непривычно, но здоровому человеку переносимо — именно поэтому возрастной ценз у операторов суборбитальных рейсов растянут от подростков до восьмидесятилетних пассажиров.
Деньги, риски и страховка
Вопрос «сколько стоит полет в космос» звучит на каждом интервью с представителями отрасли. Ориентиры такие: место на суборбитальной дуге — 250–450 тысяч долларов, орбитальная неделя — от 50 миллионов, выход в открытый космос — отдельная строка расходов с семью нулями. В цену входит подготовка, экипировка и страхование космических туристов — продукт, который недавно казался экзотикой, а теперь оформляется обычными полисами с поправкой на «космический риск». Юристы спорят, где кончается авиационное право и начинается космическое, но полисы уже продают.
Безопасность — главный аргумент скептиков. Аварии случались, и отрасль не скрывает потерь. Специалисты по космическим технологиям напоминают: у ранней авиации катастроф было больше, а регулярные пассажирские рейсы всё равно состоялись. Разница в том, что сегодня каждый инцидент разбирается публично, а регуляторы после каждого сбоя ужесточают сертификацию.
Что на горизонте
Следующая ступень — орбитальные отели: модули, где туристы проведут не трое суток, а пару недель, с большими панорамными окнами. Параллельно готовят лунные программы с облетом спутника без посадки, а инженеры тестируют облегчённые скафандры для туристов — не громоздкие бронекостюмы, а эластичные комбинезоны, в которых можно согнуть руку и держать чашку. Влияние невесомости на организм при долгих поездках изучают на добровольцах: данные о мышцах, зрении и костной ткани лягут в основу медицинских требований следующего поколения.
Пока же самый доступный способ приблизиться к орбите — невесомость на борту специального самолёта, летящего по параболе: двадцать секунд свободного падения, повторённые пятнадцать раз. Стоит в разы дешевле ракеты, а ощущение то же — тело перестаёт слушаться, и улыбка сама расползается до ушей.